Как сообщает Lider.com.az, Россия и Китай приступили к реализации совместной программы по исследованию Марса, сделав первые практические шаги.
В ходе 31-й регулярной встречи глав правительств двух государств, состоявшейся в Санкт-Петербурге, глава «Роскосмоса» Дмитрий Баканов объявил о старте производства научной аппаратуры и техники для изучения соседней планеты.
Вкладом российской стороны в китайскую миссию «Тяньвэнь-3» станет инфракрасный спектрометр под названием ACAE, созданием которого занимается Институт космических исследований РАН.
Выступая на мероприятии, Баканов выделил три ключевых направления взаимодействия с Пекином: совместное применение навигационных сигналов систем ГЛОНАСС и «Бэйдоу», участие в лунном проекте «Чанъэ-7», а также новую марсианскую инициативу.
Фактически речь идет не о создании отдельного отечественного космического аппарата, а об интеграции российской научной аппаратуры в состав китайской станции «Тяньвэнь-3».
Эта миссия станет первой в истории космических исследований попыткой доставки марсианского грунта на Землю: запуск запланирован на конец 2028 года, а возвращение капсулы с образцами ожидается в 2031-м.
Головным разработчиком инфракрасного спектрометра ACAE (Atmospheric Climate And Escape), предназначенного для анализа климата Марса и процессов потери его атмосферы, выступает Институт космических исследований РАН.
Создаваемый прибор продолжает серию аналогичных инфракрасных инструментов, один из которых уже функционирует на аппарате TGO в рамках миссии «ЭкзоМарс-2016».
Принцип действия прибора заключается в разложении поступающего от Марса света на спектр, состоящий из набора длин волн.
Анализируя линии поглощения в спектре, специалисты могут точно определять состав и концентрацию молекул в атмосфере планеты.
Для изучения Марса это имеет критическое значение, так как именно таким способом удается фиксировать водяной пар, метан, угарный газ и прочие малые составляющие, проливающие свет на историю исчезновения воды с поверхности Красной планеты.
«Если проект будет успешен, мы продолжим и дополним исследования атмосферы и климата Марса, которые продолжаются уже более десяти лет», — отметили в ИКИ РАН, признавая при этом наличие крайне сжатых сроков из-за близости даты запуска.
Для отечественной науки данный проект носит стратегический характер, поскольку совместная с европейскими партнерами программа «ЭкзоМарс» фактически заморожена, а участие в китайском проекте дает возможность сохранить позиции в марсианской повестке в качестве изготовителя научной аппаратуры.
Пекинский проект «Тяньвэнь-3» нацелен на то, чтобы впервые в истории доставить образцы грунта с Красной планеты на Землю.
Техническая реализация этой задачи чрезвычайно сложна и предусматривает два раздельных запуска тяжелых ракет-носителей «Чанчжэн-5»: одна доставит посадочный модуль со взлетной ступенью, а вторая — орбитальный аппарат с возвращаемой капсулой.
На поверхности Марса планируется осуществить бурение грунта на глубину до двух метров, поскольку такие образцы лучше защищены от окисления и радиации и потенциально могут содержать следы древней жизни.
Собранные материалы поместят в герметичную емкость, которая стартует с поверхности, выйдет на околомарсианскую орбиту, выполнит стыковку с орбитальным модулем и направится к Земле, причем масса доставляемого грунта должна составить не менее 500 граммов.
Главной научной целью Китая является поиск признаков прошлой жизни на Марсе, учитывая, что в древности эта планета обладала жидкой водой, более плотным газовым слоем и глобальным магнитным полем, создававшими условия для существования живых организмов, как заявил главный научный руководитель миссии Хоу Цзэнцянь.
Марсианская инициатива является лишь частью масштабного российско-китайского партнерства, в рамках которого технологии для межпланетных перелетов отрабатываются на Луне.
Стороны участвуют в проекте Международной научной лунной станции, объединяющем 16 государств, где на долю России возложена ключевая задача по созданию ядерной энергетической установки.
Параллельно специалисты ИКИ РАН поставляют приборы для китайских лунных станций «Чанъэ-7» и «Чанъэ-8», подтверждая последовательность выбранной стратегии, где Луна используется как полигон для будущих марсианских миссий.
Тем не менее, ряд важных вопросов пока остается открытым: в частности, не объявлены точные сроки готовности прибора ACAE и его интеграции в комплекс «Тяньвэнь-3», а также не уточняется, ограничится ли вклад России только научной нагрузкой или перерастет в более широкую инженерную кооперацию.
Официальные ведомства эти детали пока не комментируют.
Сам факт перехода к практической работе имеет важное значение для российской космонавтики: на фоне свержения проекта «ЭкзоМарс» и бюджетных сложностей американской программы сбора образцов марсоходом Perseverance, сотрудничество с Китаем остается одним из немногих действующих направлений международного изучения Красной планеты.